Американские и эмиратские инвесторы формируют консорциум для покупки зарубежных активов «Лукойла». Их стоимость оценивают в 20—22 миллиарда долларов, а в портфель входят нефтяные и газовые месторождения, доли в НПЗ и розничные сети в Европе, Азии и других регионах.
По данным The New York Times, группу инвесторов возглавляет американский финансист Тодд Боэли, руководитель холдинга Eldridge. Крупными совладельцами приобретаемого бизнеса должны стать его партнеры из ОАЭ и Катара.
Боэли финансово поддерживал Дональда Трампа, перечислив миллион долларов комитету MAGA Inc. и еще миллион на инаугурацию президента через Eldridge Industries.
Американское государство рассчитывает участвовать в сделке через Корпорацию финансирования международного развития США (DFC). По предполагаемым условиям она получит около 15% компании-покупателя и вместе с Боэли будет контролировать большинство мест в совете директоров.
Ключевым участником со стороны ОАЭ станет International Holding Company (IHC), которую возглавляет шейх Тахнун бен Заед Аль-Нахайян. Он занимает посты советника по национальной безопасности и заместителя правителя Абу-Даби.
В консорциум также войдет эмиратская Allied Investment Partners.
Продажу активов обсуждали Владимир Путин и представители Трампа Стив Уиткофф и Джаред Кушнер в рамках переговоров по России и Украине. У обоих американских переговорщиков есть деловые связи с эмиратскими инвесторами: структуры шейха Тахнуна вкладывались в криптопроект World Liberty Financial, связанный с семьей Уиткоффа, а фонд Lunate — в инвестиционную фирму Кушнера.
«Лукойл» выставил международный портфель на продажу под давлением санкций и после серии атак украинских дронов на российские НПЗ. К середине 2026 года серьезная часть перерабатывающих мощностей компании была повреждена или выведена из строя, что сократило экспорт нефтепродуктов и усилило давление на внутренний рынок топлива.
По условиям американских санкций любая продажа зарубежных активов «Лукойла» требует лицензии Минфина США. Сделку необходимо выстроить так, чтобы подсанкционная материнская компания не получила свободного доступа к выручке.
Управление по контролю за иностранными активами (OFAC) неоднократно продлевало разрешения на переговоры, и сейчас они действуют до 21 ноября 2026 года.
Параллельно с этим ОАЭ 1 мая 2026 года официально вышли из ОПЕК и ОПЕК+ после почти шестидесяти лет членства. Это избавило страну от необходимости соблюдать квоты, которые долго сдерживали добычу на уровне 3,2—3,4 миллиона баррелей в сутки.
Национальная нефтяная компания ADNOC ранее вложила десятки миллиардов долларов, чтобы к 2027 году нарастить мощности до 5 миллионов баррелей.
Уже к сентябрю, по данным Международного энергетического агентства, общая добыча ОАЭ с учетом конденсата выросла до 5,3 миллиона баррелей в сутки. Добыча собственно нефти превысила 4,4 миллиона и подошла к практическому пределу мощности.
Растущая эмиратская добыча отчасти заменила российские поставки на мировом рынке.
По информации «Новой газеты», еще в начале 2026 года шейх Тахнун поручил своему представителю в России Рашиду Аль-Ямахи «прощупать пульс» российской стороны насчет активов «Лукойла». Это происходило совместно с послом ОАЭ в РФ Мохаммадом Аль-Джабером, который курирует энергетический диалог с Москвой.
К переговорам также привлекли главу экономического отдела посольства Саида Аль-Гафли.
Диалог продолжался даже в период напряжения между странами из-за оборонных партнерств ОАЭ с Украиной. Недавно посол Аль-Джабер и Аль-Гафли получили ведомственные награды МИД ОАЭ.
Примечательно, что расширением ADNOC как внутри страны, так и за рубежом руководил брат посла — доктор Султан Аль-Джабер.
Американская санкционная политика и выход Эмиратов из ОПЕК создали условия, при которых качественные активы «Лукойла» стали доступны для покупки. Ослабление одних игроков открыло другим возможность расширить свои владения и влияние на мировом энергетическом рынке.