В Новой Москве начали снос дома с 17 семьями внутри — люди отказываются уходить

В Новой Москве начали принудительный снос трехэтажного дома в СНТ «Круиз», внутри которого остаются 17 семей. Здание признали самостроем, и люди проиграли все суды, включая Верховный, но уходить им некуда - для многих это единственное жилье.

В сентябре 2026 года к дому подогнали строительную технику. Рабочие начали демонтаж, не дожидаясь, пока жильцы полностью вывезут вещи.

Здание уже обесточили, на очереди - отключение воды.

Жильцы в один голос называют себя жертвами мошенничества. Дом в СНТ «Круиз» - наследие предпринимателя Виктора Холода, который в нулевых возводил многоквартирные дома на дачных участках.

По оценкам следователей, от его схемы пострадали не менее 49 семей. Сам Холод с 2012 года находится в международном розыске и, по данным СМИ, может скрываться в США.

Дом в «Круизе» Холод построил в 2008 году. После его бегства из России здание продала теща бизнесмена.

Первыми дольщиками стали Светлана Котоменкова с сыном Сергеем и их знакомая. Получив жилплощадь, Котоменковы начали дробить свои доли и продавать студии в долевую собственность.

«Они стали продавать студии. Это даже не черновая отделка была.

Мы сами ставили все - от стен до ремонта. Поэтому для той площади, что мы выкупали, была вполне адекватная стоимость - около полутора миллионов рублей», - объяснил один из жильцов Андрей Чаплин.

Все сделки купли-продажи заверялись нотариально, никаких обременений на доме не было. Однако Росреестр так и не зарегистрировал новых жильцов как владельцев.

После того как люди отдали деньги и подали документы, регистрацию временно приостановили. Шли ковидные годы, и добиться информации было почти невозможно.

В 2021 году дольщики проиграли первый суд, но дошли до Верховного. Тот оставил в силе решения предыдущих инстанций: дом подлежит сносу, жильцы должны съехать.

Никаких компенсаций или альтернативного жилья им не предоставили.

В своем несчастье люди винят семью Котоменковых. По словам жительницы Людмилы Остапенко, Сергей скрыл от покупателей, что дом могут снести.

На суды мать с сыном не ходили и в защите дома не участвовали. Сами Котоменковы после публикаций в СМИ не попали под надзор полиции - проверку организовали только в отношении давно уехавшего Холода.

«Они два года рассказывали нам сказки: мол, вы не переживайте, все будет хорошо. В итоге товарищ Котоменков и его маманя благополучно все денежки сложили и смылись.

А люди остались ни с чем», - заявила Остапенко.

Сам Сергей Котоменков свою вину отрицает. Он утверждает, что о сносе узнал одновременно с остальными, когда пришел иск от Департамента городского имущества.

По его словам, дом трехэтажный и превышений не имеет, а продажа долей была законной. Мужчина считает себя таким же потерпевшим от действий Холода и намерен подать иски к властям, требуя возмещения ущерба с Росреестра.

Несмотря на решение Верховного суда, вынесенное еще в 2025 году, жильцы оставались на своих местах. Они писали обращения в Генеральную прокуратуру и просили защиты у депутатов, но получали лишь отписки.

Подъехавшая в сентябре техника стала для всех неожиданностью - уведомлений о начале сноса люди не получали.

При демонтаже у жильцов пропадают личные вещи. «Это мародерство.

Вчера буквально были свидетелями того, как на чердаке у нас лежали какие-то запчасти, они сняли их и унесли в свою машину», - рассказала одна из жительниц.

Самой пострадавшей соседи считают 59-летнюю Ирину Корсунскую. Под ее опекой находятся две маленькие внучки, от которых отказались родители.

Женщина вложила в ремонт бетонной коробки все накопления, устроила девочек в школу и детский сад. Теперь она не знает, куда податься.

«Я понимаю, для государства мы, наверное, не очень выгодный электорат: пенсионеры, калеки. Но ведь мы тоже живые люди.

Миллионер может себе новое жилье купить, а мы - нет. У нас просто нет финансовой возможности», - сказала Корсунская.

Рабочие при этом заявили жильцам, что по документам дом пустой и их здесь быть не должно. Люди же намерены оставаться в своих квартирах до последнего, потому что идти им просто некуда.