Историк Тертицкий объяснил, зачем Ким Чен Ын отправил солдат на войну и построил низкий мост

Историк и специалист по Северной Корее Фёдор Тертицкий в интервью «Новой газете» объяснил мотивы сближения Пхеньяна и Москвы. По его мнению, ядерная программа КНДР служит не для агрессии, а для личной защиты Ким Чен Ына от гипотетического нападения США.

Лектор университета Корё в Сеуле считает, что конечная цель северокорейских баллистических ракет - послать сигнал американскому президенту. «Если ты начнёшь войну, мы убьём лично тебя», - так Тертицкий описывает логику Пхеньяна. Страх физической смерти должен удержать Вашингтон от военной операции.

При этом историк не видит свидетельств подготовки КНДР к наступательной войне. Режим, по его словам, занят обороной и пытается перекрыть культурное влияние Южной Кореи. Однако даже без ядерного оружия Север представляет угрозу для Сеула: столица Юга находится в зоне досягаемости обычной артиллерии.

Тертицкий напомнил, что во время первого срока Дональда Трампа попытки дипломатии с Пхеньяном провалились из-за несовместимых позиций. КНДР никогда не откажется от ядерного оружия, а США требуют полного разоружения. Компромисс здесь невозможен, и смена риторики Москвы на эту решимость не повлияет.

«Северная Корея никого не станет слушать, они даже китайцев не слушают. Вождь понимает, что пока у него есть ядерная бомба, с ним говорят серьёзно», - подчеркнул эксперт.

Говоря о российско-северокорейской дружбе, Тертицкий назвал её ситуативной. Всё началось с острой нужды России в артиллерийских снарядах во время битвы за Бахмут. Калибры вооружений двух стран, унаследованные от Советской армии, идеально совпали. Позже, когда фокус боевых действий сместился на дроны, КНДР смогла предложить живую силу - солдат, которых не посылал никто из других союзников Москвы.

По мнению историка, Ким Чен Ын пошёл на этот риск ради большой геополитической игры. Северная Корея критически зависит от Китая, но её внешнеполитическая доктрина строится на наличии нескольких спонсоров, чтобы играть на их противоречиях. Сейчас Пхеньян пытается создать трения между Москвой и Пекином.

Одним из инструментов этой стратегии Тертицкий называет недавно построенный автомобильный мост через реку Туманную. Его высота намеренно сделана такой, чтобы перекрыть Китаю выход в Японское море. Историк допускает, что это осознанный шаг в стиле северокорейской дипломатии, а не инженерная ошибка.

Экономические перспективы отношений эксперт оценивает скептически. Торговля между странами была незначительной до 2022 года и вряд ли разовьётся в будущем. Единственная реальная потребность Дальнего Востока - в северокорейских рабочих, которые трудятся за небольшую плату. Однако их найму мешают санкции Совета Безопасности ООН, которые Россия пока не решается открыто игнорировать.

Тертицкий предположил, что Владимир Путин может в одностороннем порядке смягчить ограничения в знак благодарности за военную помощь. При этом историк не видит в этом проблемы, поскольку санкции изначально вводились для остановки ракетно-ядерной программы, а она без смены режима в КНДР не прекратится.

В конце беседы эксперт объяснил, почему Северная Корея стала меньше фигурировать в мировой повестке. Пхеньян перестал проводить подземные ядерные испытания, которые раньше вызывали мощный резонанс в СМИ. К тому же режим сейчас относительно доволен положением дел и не нуждается в провокациях ради получения отступных от Сеула.