Сербия строит «цифровую армию» на китайских роботах и израильских дронах

В конце августа президент Сербии Александар Вучич открыл в Шабаце завод по сборке китайских гуманоидных роботов. Церемония напоминала техно-шоу: Вучич бил пенальти стальной ноге антропоморфного механизма, а четвероногий робопес с жужжанием сервоприводов катал на спине взрослого мужчину.

Машины выглядели дружелюбно и почти забавно, однако за эффектными картинками скрылся принципиальный вопрос. У этих роботов нет чувств, но есть глаза, уши, память и связь с внешним миром.

Чьими именно глазами и ушами станут тысячи таких машин, когда они разъедутся по Европе?

Проект создают китайские Minth Group и AgiBot. На первом этапе здесь планируют выпускать более пяти тысяч роботов в год, а в перспективе мощность всего парка должна вырасти до 20 тысяч гуманоидов и робопсов.

Европейский рынок для проекта - один из главных, а Minth выступает европейским партнером и сбытовым агентом AgiBot.

У конструкции есть любопытная деталь: выходить из Шабаца китайские машины будут уже с шильдиком Made in Serbia. Формально это сербский промышленный продукт, собранный на Балканах, однако происхождение его электронных «глаз» и «ушей» от перемены маркировки не меняется.

Еще 28 июля Федеральная комиссия по связи США внесла произведенные за рубежом передовые роботизированные устройства в Covered List - перечень оборудования, которое Вашингтон считает потенциально опасным. Американское решение не касается конкретно роботов из Шабаца и не направлено против Minth Group или AgiBot, но вопрос о том, что именно видят и запоминают такие машины, возникает и без него.

Сами китайские партнеры называют производственные площадки местом для обучения роботов и сбора данных. Накопленный материал используется для совершенствования алгоритмов, а роботу для этого надо видеть, слышать и запоминать окружающий мир.

Когда сербский гуманоид окажется на европейском заводе, складе или в больнице, значение приобретает уже не только то, кто его собрал, но и кто может заглянуть в его память.

По имеющимся сведениям, правила одной из программных платформ AgiBot предусматривают хранение информации европейских пользователей в Европейской экономической зоне. Однако в отдельных случаях технические специалисты компании в Китае могут получать к ней доступ для техподдержки и совершенствования сервиса.

Это не превращает каждого гуманоида Made in Serbia в разведчика, но и считать его просто железным грузчиком было бы наивно. То, что для инженера является набором сенсоров, для разведчика выглядит как готовый комплект для наблюдения и накопления информации.

Пекин подобные опасения отвергает как очередной предлог для технологических ограничений. Сербия относится к ним куда спокойнее американцев: то ли в Белграде считают подозрения Вашингтона преувеличенными, то ли сербским властям действительно нечего скрывать от своих столь разных партнеров.

Через две недели после заводского футбола картина резко сменилась. 13 сентября на полигоне Пештер в ходе масштабных учений «Победитель-2026» Сербия впервые показала скоординированный беспилотный штурм имитированного населенного пункта.

Первый контакт с условным противником отдали машинам, и главными героями стали те самые механические псы из Шабаца, которых военные окрестили человеческим именем «Милош».

Теперь на спине у них был уже не человек. Робопсов вооружили 7,62-миллиметровым пулеметом, 40-миллиметровым револьверным гранатометом и противотанковым гранатометом «Золя».

Они справились с задачей: шли в обороняемые, плохо просматриваемые или потенциально заминированные здания и траншеи, вели разведку и расчищали путь штурмовым группам.

Главной инженерной неприятностью при превращении механической собаки в солдата оказалась даже не работа искусственного интеллекта, а старая добрая отдача. Как рассказывал сам Вучич, четвероногую платформу непросто стабилизировать для точной стрельбы.

Но смысл демонстрации был не в меткости отдельного робопса: впервые сербская армия показала атаку, в которой самые опасные первые шаги сделали не люди, а машины.

Над Пештером одновременно работали уже знакомые сербской армии беспилотники, а через четыре дня у Вучича появились совсем новые. 17 сентября президент открыл предприятие SDS Technologies, где будут собирать дроны израильской компании Elbit Systems.

Церемония получилась куда таинственнее шабацкой. Журналистов на завод не позвали, сославшись на секретность производства, точное местонахождение публично не назвали, а само название SDS Technologies до открытия практически нигде не фигурировало.

По данным расследовательской сети BIRN, речь идет о промышленной зоне Макиш на юге Белграда.

Официально доли в проекте распределены так: 51% у Elbit Systems, 49% у сербской государственной компании «Югоимпорт СДПР». Однако в бизнес-реестре Сербии ни Elbit, ни «Югоимпорт» среди владельцев SDS Technologies не значатся вовсе.

Единственный указанный собственник - лондонская компания CUPA Limited, контрольный пакет которой принадлежит гражданину Греции Атанасиосу Рамосу, ранее не связанному ни с оборонной промышленностью, ни с этим проектом.

Само название SDS Technologies появилось в реестре только через несколько часов после церемонии открытия: под ним переоформили уже существовавшую фирму CUPA Enterprises, годом ранее зарегистрированную для спутниковой связи. Один из директоров новой структуры - израильский адвокат Цион Амир, который защищает премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху по уголовному делу о коррупции.

Какое отношение адвокат имеет к производству дронов, BIRN выяснить не удалось.

Формально ни сербское государство, ни Elbit Systems заводом не владеют. На бумаге он принадлежит малоизвестному греческому бизнесмену через лондонскую фирму-прокладку, а заявленные 51 и 49 процентов нигде в документах не отражены.

Прямых доказательств злоупотреблений это не дает, но разрыв между разрекламированным партнерством и тем, что записано в реестре, остается неразрешенным.

При этом ясно: Elbit становится для Сербии не только крупным продавцом вооружений, но и технологическим партнером в местном производстве. Сначала израильские дроны будут собирать из готовых компонентов, затем значительную часть деталей предполагается производить уже в Сербии.

Одна из первых моделей - Lanius-X, небольшой квадрокоптер, способный залетать внутрь зданий, разведывать помещение и при необходимости превращаться из наблюдателя в оружие.

Есть среди нового модельного ряда и дроны, которые далеко не каждому покупателю по карману. Еще в августе Вучич объявил, что страна начнет выпускать современные ударные аппараты стоимостью около 30 тысяч евро с «крыла».

Как именно называется машина с таким ценником, президент не уточнил, но специально противопоставил ее уже имеющимся у армии дешевым Komarac-1 и Komarac-2 стоимостью одну-две тысячи евро.

Куда интереснее отдельных названий то, как эти аппараты умеют координировать свои действия. Сербия уже закупила у Elbit разведывательный Skylark 3 и барражирующий боеприпас SkyStriker.

Производитель объединяет их в систему с простейшей логикой «найди и ударь»: один беспилотник обнаруживает и сопровождает цель, другой получает данные и следует к ней с боевой частью.

Вот здесь роботы из Шабаца, вооруженные псы с полигона Пештер и израильские дроны складываются в одну картину. Сам Вучич называет ее «цифровой армией».

Смысл не в количестве роботов и дронов, а в том, чтобы связать их в сеть: один сенсор обнаруживает цель, другой передает ее координаты, третья система наносит удар. Именно эту способность новых платформ работать вместе с существующими системами разведки, управления и огневой поддержки сербская армия и проверяла на учениях.

Однако у этой сети есть неудобное свойство: чем плотнее связаны друг с другом ее роботические, воздушные и другие элементы, тем важнее знать, кто управляет ее узлами и кому в итоге достаются собранные ими данные. Это тот же вопрос, с которого начинался разговор о гуманоидах из Шабаца, и профиль завода в Макише показывает, что ответить на него не легче, если речь идет даже не об алгоритмах, а о простой строке в реестре собственности.

Белград старается дружить со всеми - и с Москвой, и с Пекином, и с Тель-Авивом, и с Вашингтоном, в том числе по линии закупки всё новых вооружений. Но цифровизирует свою армию Сербия пока только с тремя из этих четырех друзей - Москва в эту сеть не входит.

Сербия называет себя нейтральной в военном отношении страной, однако нейтралитет предполагает ясность в том, с кем именно имеешь дело, а ее в сербской «цифровой армии» пока меньше всего.