Правительство заливает триллионы в нефтяников, пока маркетплейсы выжимают селлеров досуха

Правительство России четвертый месяц подряд выплачивает нефтяным компаниям сотни миллиардов рублей субсидий на фоне массовых остановок нефтеперерабатывающих заводов.

Только за апрель-июль 2026 нефтяники получили из федеральной казны 1,221 трлн рублей через демпферный механизм и обратный акциз - это больше годового бюджета Санкт-Петербурга.

Эти цифры делают почти незаметными на макроэкономическом фоне драму, которая разворачивается вокруг маркетплейсов.

Остановка складов Wildberries, по оценкам «Опоры России», обернулась для селлеров потерями максимум в 280 млрд рублей. Разница с нефтяными субсидиями - в 4,4 раза, и это лишь за четыре месяца.

Проблемы с переработкой нефти задевают фундаментальный сектор экономики, ведь доля ТЭК в ВВП составляет около 20%.

Объемы нефтепереработки в России откатились к минимумам 2002 - 3,6 млн баррелей в сутки, что на 15-20% ниже показателей 2024.

На конец июля как минимум семь НПЗ продолжали простаивать, еще 11 заводов работали с частичной загрузкой от 30% до 70% от проектной мощности.

Власти уже начали распространять демпферные выплаты на импортный бензин из Беларуси, Индии и Марокко.

Государство фактически субсидирует закупки топлива за рубежом, которое должно производиться внутри страны.

В июне в казну поступило 584,6 млрд рублей налога на добычу полезных ископаемых по нефти, но каждый третий рубль тут же вернулся нефтяным компаниям через демпфер и обратный акциз.

На этом фоне кризис селлеров выглядит частным случаем гораздо более масштабного тренда.

По данным Росстата, за январь-май 2026 сальдированный финансовый результат российских компаний сократился на 1% по сравнению с аналогичным периодом 2025 года.

Однако за этой статистической погрешностью скрывается драматическая картина: прибыль прибыльных организаций упала на 8,8%, тогда как убытки убыточных взлетели на 37,3%.

Доля убыточных организаций выросла на 3,3 процентных пункта и достигла 34,4% - каждый третий бизнес в стране работает в минус.

Особенно показательна ситуация в угольной отрасли, где сальдированный убыток достиг 139 млрд рублей, а доля убыточных предприятий превысила 54%. Схожие тенденции наблюдаются в металлургии с падением прибыли почти на 85% в отдельных подсекторах и в химической промышленности, где снижение составило более 40%.

Бизнес-модель российских маркетплейсов превратилась в сложный многоуровневый насос, методично перекачивающий маржу продавцов в выручку платформы.

К середине 2026 средняя комиссия на Wildberries и Ozon выросла до 25-35%, а по отдельным категориям достигает 55%. За два с половиной года комиссии крупнейших площадок увеличились в среднем на 58-63%.

Стоимость логистики и хранения товаров подскочила за тот же период на 33-89% в зависимости от площадки и региона.

Тарифы начинаются от 65 рублей за единицу и могут достигать нескольких сотен рублей для крупногабаритных товаров. Расходы на рекламу, без которой товар просто не виден покупателю, составляют еще 10-15% от выручки, а в высококонкурентных категориях - до 30%.

В результате итоговая эффективная комиссия со всеми удержаниями платформы, включая логистику, хранение, рекламу и штрафы, по многим категориям достигла 49%, а в отдельных нишах вроде детской одежды зашкаливает за 70%.

Селлер отдает площадке от половины до двух третей своего оборота.

Чистая прибыль самих маркетплейсов при этом ставит рекорды.

Ozon впервые в истории получил квартальную чистую прибыль в 10,1 млрд рублей, его выручка за полугодие взлетела до 334 млрд рублей.

WB Банк с 72,2 млрд прибыли вошел в топ-6 российских банков. Показатель EBITDA Wildberries, по оценкам, мог превысить 200 млрд рублей.

Оборотная сторона этого успеха - падение прибыли селлеров. За период с октября 2025-го по апрель 2026 года на обеих главных платформах выручка селлеров выросла на 17-25%, но чистая прибыль сократилась в среднем на 20%.

По итогам 2025 года платформы покинули почти 6% продавцов - впервые за всю историю российской онлайн-торговли количество активных селлеров сократилось.

В первом полугодии 2026 года число новых бизнесов в этой сфере уменьшилось на 25%, а ликвидаций - выросло почти на 20%.

Платформенная занятость в России часто подается как триумф гибкости и предпринимательской свободы. К 2026 году число самозанятых в стране перевалило за 12 млн человек, причем треть из них работает именно в сфере электронной коммерции. Селлеров и пункты выдачи заказов обслуживает примерно 3,7 млн человек - это больше, чем занято во всем российском машиностроении.

Однако качество этой занятости вызывает серьезные вопросы. Медианный доход самозанятого составляет порядка 35-40 тыс. рублей в месяц, что в два раза ниже средней зарплаты по экономике.

Почти 40% самозанятых не имеют никаких других источников дохода и полностью зависят от тарифной политики платформ. Пенсионные права у этой категории не формируются, социальные гарантии отсутствуют.

Согласно прошлогодней оценке Института экономики РАН, недополученные доходы бюджета от экосистемы маркетплейсов в 2026 могут составить от 440 до 690 млрд рублей.

Причина - массовое использование селлерами упрощенной системы налогообложения и статуса самозанятых, что позволяет им не платить НДС.

Однако для бюджета с расходами свыше 44 трлн рублей это менее 1,6%.

Доля всей платформенной экономики в ВВП России в 2025 достигла 8,5%, совокупный оборот сектора составил 18,3 трлн рублей.

Оборот трех крупнейших маркетплейсов за 2025 год достиг 11 трлн рублей - около 5% ВВП страны.

В первом квартале 2026 доля маркетплейсов в общей структуре расходов россиян составила 19,5%, а в непродовольственной рознице приблизилась к 40%.

Однако этот рост происходит за счет перераспределения, а не создания новой добавленной стоимости.

Реальный прирост физических продаж близок к нулю, деньги просто перетекают из офлайн-каналов в онлайн. Покупатель тратит ту же сумму, но всё большая ее часть оседает у двух платформ.