Сестра пыталась спасти ногайских детей от бедности и войны, но один из них ушёл на фронт
В посёлке Эркен-Шахар Карачаево-Черкесии десятки людей собрались у дома Батала Саметова. Его машина ещё едет из Ростова-на-Дону, но ворота уже распахнуты настежь.
Во дворе блеют овцы и гуляют мускусные утки, а внутри женщины сидят широким полукругом, словно ожидая кого-то невидимого.
Не хватает лишь Бэллы Шахмирзы, двоюродной сестры Батала. Девять лет назад она придумала, как сделать его и других ногайских детей свободомыслящими и счастливыми.
Теперь же её брат возвращается с войны.
Бэлла выросла в ауле Эркен-Халк, что переводится как «свободный народ». Она рано научилась читать и проглотила всего Золя, Мопассана и Ремарка.
В 16 лет девушка уехала в Москву, поступила на журфак МГУ, а в 2014 году перебралась в Милан. Именно там она задумала проект, который должен был изменить жизнь детей её родины.
В 2017 году Бэлла запустила «Балапанлар» - летнюю школу для ногайских ребят. Название переводится как «птенчики» или «щенки» и отсылает к древней легенде о крылатой волчице, прародительнице тюркских народов.
За полтора месяца она собрала 157 тысяч рублей и привезла в аул успешных взрослых, на которых хотелось быть похожими.
Вместо запланированных 50 детей пришло 87. Они занимались кодингом, учили армянские песенки, слушали лекции по астрофизике.
Местные жители носили пирожки и яблоки, а домохозяйка Камила Баисова начала валять войлок и стала медийной персоной. Проект победил в конкурсе Google Russia «Вдали от столиц».
Баталу тогда было 11 лет. Мелкий и худенький, он играл в театре, танцевал и однажды сам уладил конфликт с трудным подростком.
До этого его жизнь была безрадостной: отец умер от передозировки, когда мальчику исполнился год, а бабушка с дедушкой выкинули семью на улицу сразу после похорон.
Мать Батала, маленькая и слабая женщина, тянула двоих сыновей одна. В шесть лет мальчик ходил по свадьбам, чтобы заработать танцами.
В школе его травили дети и учителя, а в столовой отказывались давать добавку. Узнав об этом, тётя забрала его в Москву и устроила в католический воспитательный центр «Дон Боско».
Там Батал пел в хоре, ходил в театральную студию и усердно паломничал по храмам. Но после девятого класса его потянуло обратно на родину.
Он начал ходить в мечеть, купил коня и назвал его Фоденом в честь футболиста. Однажды они с другом нашли на речке алабая с переломанным позвоночником, в которого стреляли и натравливали собак.
Батал выходил пса и пристроил его в Москву.
В 2021 году Бэлла попыталась масштабировать «Балапанлар» и выиграла тендер министерства по делам национальностей КЧР на два с половиной миллиона рублей. Планировалось 250 детей и 40 преподавателей, но деньги задерживали, требуя бесконечные бумаги.
Бэлла вложила свои средства, однако запустить вторую смену так и не удалось.
Спустя несколько лет Батал оказался на фронте. В его телеграм-канале появились фотографии с боевым АК-12 и подписью: «А ведь я с детства знал, кем стану в будущем».
На другом снимке он в бронежилете и полумаске, а на кепке - наклейка «С <долбанутых> спросу нет».
22 июня 2026 года он выложил видео с укороченным автоматом и написал: «Влюбился я, конечно, в этот автомат. Жалко, с собой нельзя будет забрать». Через месяц связь с ним оборвалась.
В неотправленном письме от 21 августа Бэлла пытается осмыслить случившееся: «Я, с одной стороны, разочарована, что столько лет мы в тебя вкладывали, и без толку. Столько веры в тебя было. Уйди туда пацан из нищей, злой семьи алкоголиков, я бы его поняла. Но ты-то видел что-то хорошее в жизни, у тебя были люди, которые тебя любили и поддерживали. Ты зачем туда пошёл?»
19 сентября 2026 года в Эркен-Шахаре ждали возвращения Батала. У его дома собрались мужчины в тёмном и приятель из Москвы Никита, облачённый во всё белое.
Лучший друг вспоминал, как Батал рассказывал о первом убитом украинце. Седобородый штурмовик жаловался на контузию и равнодушие чиновников.
А по улицам проезжали машины с наклейками крылатой волчицы - символа народа, который по легенде выжил благодаря выкормленному волчицей мальчику-калеке.
