Кремль строит новую нацию: гражданство России превращают в гражданство СВО

На пятом году спецоперации российская идентичность полностью совпала с контуром боевых действий. Первые лица государства и пропаганда настойчиво втолковывают: гражданство России - это гражданство СВО, а избиратели России - избиратели СВО.

Сам факт участия в выборах приравнивается к голосованию за спецоперацию.

После выборов президент сформулировал единственно верную интерпретацию электоральных процедур. «Хочу, чтобы вы знали, товарищи, - это голосование за вас.

Люди верят вам, верят в нашу победу, верят в ваше мужество, ваш героизм, вашу преданность Родине», - заявил он, добавив, что все цели спецоперации будут достигнуты.

Происходящее - это переизобретение нации. Ранее она формально существовала как гражданская, где у людей есть права и свободы, плюрализм и ротация власти.

Теперь нация сузилась до группы подданных, которая поддерживает всё, что делает власть, и прежде всего - СВО как способ существования государственной машины.

Кремлевская интерпретация выборов уже не предполагает демократии налогоплательщика. Налоговое бремя и объем поборов вроде утильсбора растут, а сами деньги идут на войну.

Когда-то была «новая историческая общность - советский народ», теперь появилась новая - граждане СВО, люди без политической субъектности.

Социологически идентичность россиян корректировалась в нескольких исторических точках. Началось со знакового возвращения советского гимна - музыкального сигнала о возврате к подкорректированному прошлому.

2014 год стал точкой отсечения: диффузная идеология нащупала верные слова о «национал-предателях» и подкрепила их присоединением Крыма.

Режим нового типа - бессрочная персоналистская автократия - юридически закрепили поправками к Конституции в 2020. Массовый избиратель тогда немного посопротивлялся, но после положительного исхода голосования с нацией уже можно было делать что угодно.

2020 год стал реальными выборами Путина как вечного главы «государства-цивилизации».

Отношение россиян к Украине перед присоединением Крыма было позитивным почти у 80% респондентов «Левада-центра». Резкое ухудшение произошло сразу после крмских ссобытий - за год показатель упал ниже 20%.

Такие же скачки проиисходили в 2008 году во время спецоперации в Грузии и в период начала СВО.

В более спокойные времена рейинги власти опускалис и начинали стагнироват. В 2019-2020 годах позитивное отншение к Украине нахходилос на уровне почти 60%, а рейтинги Путина опускались до исторических минимумов.

Потребовались невероятные усилия в виде начала СВО, чтобы радикально изменить массовые настроения.

Показатели, связанные с идентичностью, менялись в зависимости от зигзагов государственной политики. Например, демократия по западному образцу достигла высокого уровня поддержки к концу правления Бориса Ельцина.

Следующий пик пришелся на конец правления Дмитрия Медведева, когда казалось, что Россия становится нормальной западной страной.

События 2014 года поменяли всё: популярность западной системы пошла вниз, резко выросла привлекательность путинской модели. После шока 2022 года она обошла в предпочтениях даже советскую систему.

Параллельно росла популярность идеи о том, что власть должна быть сосредоточена в одних руках и народу нужен сильный руководитель.

Росли показатели уважения к Сталину и патерналистские настроения. Представления о России как о великой державе били рекорды после старта спецоперации.

В спокойные периоды критерием величия считали высокий уровень жизни, а во время милитаристских кампаний - статус державы, которую «уважают и побаиваются другие страны».

В течение десятилетий путинского правления росли «патриотические» представления о том, что значит быть подлинным россиянином: иметь российское происхождение, родиться в России, быть православным. 73% опрошенных в 2025 году полагали, что «люди должны поддерживать свою страну, даже если она неправа».

«Очень гордились» политическим влиянием России в мире в 2003 году 6% респондентов, а к 2025 показатель достиг 41%. Более того, люди считают, что с годами в стране стало больше демократии - случай массовой нарциссической слепоты, сознательно взращиваемой индивидами в себе.

Два ключевых слова путинского режима - «безопасность» и «суверенитет». Политическая система создает искусственный хаос, торгует выдуманными угрозами и находит в них предлог для ралли вокруг флага.

Специальная военная операция - это война за идентичность, которую ведет государство-гарнизон.

Борьба с Западом обнаруживается в повседневной жизни. По Москве движется немецкая BMW с георгиевской лентой и надписью «На Берлин!», или автомобиль Волжского автозавода с макетом баллистической ракеты и надписью «Вернуть полетные задания на Вашингтон».

В этом хаосе символических знаков синдром превосходства над Западом побеждает комплекс неполноценности.

Идентичность России - негативная, она строится на понимании, кто такой враг, воплощающий идею «анти-мы». Режим негативного консенсуса сформировался задолго до горячей фазы противостояния.

Общество и элиты объединяются не за идеалы, а против общего врага - либерального хаоса или внешнего давления.

Главный кризис кремлевской системы - кризис будущего. Его нет, оно абортировано, даже целеполагание носит неопределенный характер.

Идеология формирует сознание крепостного - человека, принадлежащего государству и идентифицирующего себя не со страной, а с государством.

Для идентичности важна историческая политика - мифологизированная история полководцев и вождей, ведущих нацию от победы к победе. Главный нарратив: спецоперация - это продолжение Великой Отечественной войны.

Культ Победы 1945 года превратился в культ перманентной войны как таковой.

Современная идентичность строится на смеси национализма и империализма, имея истоком формулу 1830-х годов графа Уварова «Православие - Самодержавие - Народность». Советская идентичность была интернационалистской и построенной на пацифизме, а нынешняя - на ресентименте и психоидеологии, обретшей по ходу войны более явные ориентиры.