12 сент. 2026

Фукуяма объяснил, что его «конец истории» означает не остановку событий, а финал политических поисков

Фукуяма объяснил, что его «конец истории» означает не остановку событий, а финал политических поисков

Американский философ Фрэнсис Фукуяма объяснил, что его знаменитая концепция «конца истории» подразумевает не прекращение событий в мире, а достижение обществом конечной точки политического развития. Об этом он рассказал журналисту Эзре Кляйну в подкасте The Ezra Klein Show.

По словам Фукуямы, сам термин принадлежит не ему, а немецкому философу Георгу Вильгельму Фридриху Гегелю. Гегель использовал слово «история» в особом смысле - как направленный процесс развития человечества. В современном понимании это можно было бы назвать модернизацией, отметил мыслитель.

«Это направленный, прогрессивный процесс. Все улучшается. Человеческий разум преобладает в структурировании общества», - пояснил Фукуяма. Он добавил, что похожих взглядов придерживались и марксисты, однако конечной точкой исторического развития они считали коммунистическую утопию.

Свою теорию философ изложил в книге «Конец истории и последний человек», опубликованной в 1992 году. Основой для нее стало эссе «Конец истории?», вышедшее тремя годами ранее. В работе Фукуяма предрекал торжество либеральной демократии и прекращение глобальных идеологических столкновений.

Ключевым моментом для автора стал распад советского блока. Фукуяма заключил, что человечество не дойдет до коммунизма, а остановится на предпоследнем этапе - некой версии либеральной демократии и капиталистической экономики. Именно это он и назвал практическим концом истории.

В ноябре 2024 года президент России Владимир Путин на заседании клуба «Валдай» заочно поспорил с этой концепцией. Он назвал суждение о «конце истории» близоруким и самонадеянным. По словам главы государства, после распада СССР западные элиты восприняли однополярность как финал, однако история просто перешла в новую фазу. Путин также отмечал, что западный либерализм вылился в крайнюю нетерпимость, а любая монополия рано или поздно заканчивается.