FT назвала пять неожиданных черт энергокризиса из-за конфликта вокруг Ирана

Энергетический кризис, вызванный конфликтом вокруг Ирана, развивается совсем не по тому сценарию, который рисовали себе экономисты. Несмотря на рост нефтяных цен и усиление инфляции, глобальная экономика пока держит удар.

Financial Times выделила пять аспектов кризиса, заставших рынок врасплох.

Многие эксперты после начала конфликта ожидали резкого дефицита нефти и газа, но их прогнозы оказались слишком мрачными. Цены на нефть не побили рекорд 2008 года, когда баррель Brent стоил $147,50, а мировая экономика сохранила темпы роста.

По оценкам Capital Economics, во втором квартале она росла примерно так же, как и в первом. Удержаться на плаву рынку помогли несколько факторов: страны высвободили 400 млн баррелей из стратегических резервов, Китай сократил закупки сырой нефти, а глобальная торговля проявила устойчивость.

Однако последствия кризиса уже заметны в инфляции. Если в ближайшие полгода нефть будет стоить $110-120 за баррель, глобальный рост может замедлиться до 2% против 3,5% годом ранее.

«Ситуация начнет напоминать рецессию», - предупредил Нил Ширинг из Capital Economics.

Для мировой экономики важна не только стоимость сырой нефти, но и цены на бензин, дизель и авиакеросин. Именно рынок готового топлива попал под самое сильное давление из-за нехватки нефтеперерабатывающих мощностей и высоких транспортных расходов.

Независимые НПЗ в Китае сократили производство до минимума за девять лет, а экспорт дизеля с крупных заводов Ближнего Востока к августу рухнул до четверти довоенного уровня, свидетельствуют данные Международного энергетического агентства (МЭА).

В августе мировое производство нефтепродуктов упало более чем на 4 млн баррелей в сутки по сравнению с прошлым годом. Цены на дизель в США и Европе превысили $200 за баррель, а в Штатах стоимость топлива впервые поднялась выше $6 за галлон, что почти вдвое дороже, чем до начала боевых действий в Иране.

Нынешний кризис заметно отличается от прежних нефтяных шоков. Даже при цене $110 за баррель нефть остается дешевле, чем во время крупнейших исторических скачков с поправкой на инфляцию.

Рекордная цена Brent в $147,50, зафиксированная в 2008 году, в пересчете на сегодняшние деньги равняется $230. К тому же добыча стала менее сконцентрированной на Ближнем Востоке: США сейчас являются крупнейшим производителем нефти, а Канада, Бразилия, Гайана и Венесуэла наращивали добычу на фоне конфликта.

Снизилась и роль нефти в мировой экономике. Ее доля в глобальном спросе на энергию составляет менее 30% против пиковых 46% полвека назад.

С 1990 года количество энергии, необходимое для производства единицы ВВП, сократилось более чем на треть.

Рост цен на энергоносители уже изменил поведение потребителей и компаний. В Европе и Азии ускорились продажи электромобилей, китайские нефтехимические предприятия сократили производство, авиакомпании отказались от части маршрутов, а страны Азии начали переходить с газа на другие виды топлива, включая уголь.

С начала конфликта цены на газ взлетели на 160%, и Европа подходит к зиме без привычных резервных запасов.

Сильнее всего от скачка цен страдают бедные страны. В Сирии после подорожания дизеля и бензина прошли протесты, Бангладеш и Пакистан столкнулись с проблемами при импорте газа, а в Индии рестораны закрывались из-за нехватки сжиженного углеводородного газа.

Власти Филиппин объявили чрезвычайное положение и предписали сотрудникам перейти на удаленную работу. По данным МЭА, 94 страны снизили налоги, ограничили цены или ввели субсидии на топливо для защиты потребителей.

МВФ при этом ухудшил прогнозы роста для ряда импортеров нефти, включая Марокко, Египет и Тунис, и повысил их для крупных экспортеров, таких как Нигерия, Ангола и Алжир.

Нефтяной рынок испытывает острый дефицит информации о мировых запасах и потреблении и, по сути, «действует вслепую». США публикуют данные о запасах еженедельно, многие страны - раз в месяц, а Китай, крупнейший импортер нефти, вообще не раскрывает регулярные данные о своих резервах.

Поэтому трейдеры пытаются восполнить пробелы: они отслеживают движение танкеров, работу НПЗ и используют спутниковые снимки.

По оценке МЭА, с начала войны США и Ирана наблюдаемые мировые запасы нефти сократились на 507 млн баррелей, или почти на 3 млн баррелей в сутки. При этом отследить удается не всю нефть - значительная часть топлива хранится в подземных хранилищах и не поддается точному учету.

Рынок не может определить, сколько нефти извлекается из запасов и как долго они смогут компенсировать перебои. Экономисты предупреждают, что затяжное воздействие кризиса может потребовать полного пересмотра прогнозов мировой экономики.