Глава ПСБ Фрадков назвал глобальные расчёты инструментом «новой войны»

Глобальные расчёты превратились в инструмент «новой войны», а доллар служит её базовым оружием. Об этом в интервью РБК заявил глава Промсвязьбанка (ПСБ) Пётр Фрадков, комментируя трансформацию мировой финансовой системы.

По его словам, тема платежей оказалась самой сложной в мире финансов. Financial Times уже прямо писала, что американская валюта используется как инструмент мягкой силы для контроля над сделками по всему миру. При этом Фрадков подчеркнул, что уход от доллара в расчётах не решает проблему окончательно.

Хотя доля рубля в экспортной выручке России по итогам 2025 года закрепилась выше 53%, а в импорте - в районе 55%, зависимость от внешнего контура сохраняется. «Можно уйти из доллара в рубль, юань, цифровые инструменты, но всё равно зависимость от внешнего контура как такового сохраняется, потому что есть чужой комплаенс, есть решения по ликвидности, позволяющие контролировать расчёты между странами достаточно чётко», - пояснил банкир.

Система SWIFT, объединяющая десятки тысяч организаций, политически не нейтральна. Поэтому страны стремятся создать собственную расчётную инфраструктуру. В России такие проекты развивает ПСБ совместно с системой трансграничных расчётов А7. Фрадков уверен, что такая инфраструктура может быть политически нейтральной, если она является собственной для государства.

Мир движется к дроблению единой системы на национальные и региональные решения. Если в мае 2020 года цифровые валюты центробанков изучали лишь 35 государств, то сейчас таких уже 146. Появляются альтернативы вроде китайской CIPS, а также проекты Бразилии и Индонезии.

Отдельное внимание в беседе уделили рынку стейблкоинов. Фрадков охарактеризовал их как оперативную реакцию на меняющийся мир, но предостерёг от иллюзий. По его данным, 99% стоимости всех стейблкоинов привязаны к доллару. Крупнейший из них, USDT, выпускается частной компанией Tether, которая входит в число крупнейших держателей гособлигаций США. «Базовая зависимость от доллара и американского долгового рынка никуда не уходит», - констатировал он.

Глава ПСБ напомнил, что Tether сохраняет полный контроль над выпущенными токенами и может заблокировать любые средства по своему усмотрению. Такие прецеденты уже были: активы владельцев из Ирана и России блокировались по указанию администрации США. Легализация криптозаконодательства командой Дональда Трампа, по мнению Фрадкова, стала попыткой сохранить прежнюю систему на новых принципах.

В противовес долларовым инструментам в России через компанию А7 выпустили стейблкоин A7A5, привязанный к рублю. Его оборот с момента создания составил почти 140 млрд долларов. Для сравнения, капитализация бразильского аналога BRZ - около 52 млн долларов, а турецкого BiLira - примерно 6 млн. «Это маленький кусочек от мирового рынка стейблкоинов, но это крупнейший недолларовый стейблкоин», - заявил Фрадков.

Он подчеркнул, что проект является не просто попыткой обхода санкций, а экономически целесообразным бизнесом. «Если бы это был не прибыльный бизнес, то это просто был бы мартышкин труд», - заметил банкир. Созданный механизм уже востребован не только российскими экспортёрами и импортёрами, но и становится интересен третьим странам для расчётов между собой, минуя российские торговые потоки.

Компания А7 уже открыла офис в Нигерии - стране с населением почти 250 млн человек. Фрадков отметил, что африканский рынок огромен, а у многих стран континента до сих пор нет центральных банков. Он допустил, что в будущем цифровые активы могут эволюционировать в другие формы, например в токенизированные векселя.

Банкир также указал, что конкуренция смещается от отдельных цифровых активов к инфраструктуре их обращения. Реакция международных регуляторов показательна: A7A5 уже включён в санкционные списки ЕС как самостоятельный инфраструктурный проект, что подтверждает борьбу уже между целыми платёжными экосистемами.