Юрист Бобринский описал условия для разворота России к миру после войны

Юрист Николай Бобринский (признан в РФ иноагентом) обновил оценку перспектив мирного перехода в России, которую он вместе с коллегами описал в плане «100 дней после Путина». По его мнению, за четыре года войны политический контекст серьезно изменился, но ключевые юридические предпосылки для разворота к миру и демократии сохранились.

Бобринский убежден, что пока Владимир Путин находится у власти, боевые действия окончательно завершатся лишь при условии его полной и безоговорочной победы. Юрист считает, что для российского президента происходящее стало главной страстью и миссией, от которой он не откажется. «Решительный разворот к миру возможен лишь после того, как нынешний обитатель Кремля станет другим человеком - или другой займет его место», - пишет он.

За четыре года гражданское общество в России подверглось сильной эрозии. Активисты подвергались преследованиям и массово уезжали за границу, а интернет-цензура разорвала многие горизонтальные связи. Однако полного обрушения не произошло: многие сообщества сохранились, просто стали менее заметными. Бобринский рассчитывает, что с началом даже «прохладной оттепели» общество оживет, а ностальгия по жизни без запретов вызовет всплеск энтузиазма.

Гражданская бюрократия, по оценке юриста, пережила военные годы без существенных потерь. Искреннее рвение к победе в этой среде демонстрируют лишь единицы, что служит постоянным поводом для жалоб военных блогеров. При этом сохранение управляемости и сверхцентрализация аппарата могут сослужить пользу при переходе к миру - достаточно будет команды из Москвы, чтобы официальная Россия «перелицевалась в одночасье».

Серьезной проблемой Бобринский называет изменение международного фона. С приходом новой администрации США осуждение действий России уже не воспринимается как всеобщее, а новые вооруженные конфликты с участием западных стран отвлекают внимание и дискредитируют их исходную позицию. Юрист отмечает, что двойные стандарты не обошли стороной и российское антивоенное сообщество: в этой среде встречаются попытки безоговорочно оправдать методы Израиля в Газе и операцию США против Ирана, хотя она соответствует уставу ООН не больше, чем российская военная операция.

С другой стороны, моральным источником для переосмысления политики властей может послужить пример российских диссидентов, пожертвовавших свободой и жизнью ради мира с собственной совестью. Бобринский подчеркивает, что все перечисленные условия вторичны по отношению к главной предпосылке - смене власти. Он называет их «спящими силами мира», которые не дадут плодов, если их не разбудить.

Юрист признает, что из нынешних тенденций выход из войны напрямую не просматривается, а по мере исчерпания текущего подхода логично ожидать резких шагов. Однако, несмотря на гнетущую обстановку, он призывает не упускать из вида, что прочный мир все еще остается практически достижимым.