Актрисы «Красоты» вспомнили детство в 90-х: самодельные велосипеды, челночные баулы и сахарный лак

Актрисы Кристина Корбут и Ангелина Поплавская, сыгравшие главные роли в сериале «Красота» на платформе КИОН, поделились воспоминаниями о детстве в 1990-х и начале 2000-х. Премьера проекта, действие которого разворачивается на изломе советской эпохи и в первые годы новой России, состоится 20 октября.

Кристина Корбут, родившаяся в 1999 году в белорусском городе Любань, призналась, что не застала турбулентное время лично, но хорошо помнит его отголоски по быту своей семьи. «Когда я была маленькая — это самое начало 2000-х, — мы жили в частном доме, жили очень просто, туалет был на улице, а мыться ходили в городскую баню», — рассказала она.

По словам актрисы, её отец работал водителем фуры, а мать — в школе. Детский досуг состоял из игр во дворе с соседскими детьми и перекусов «скибкой» — так в семье называли ломтик серого хлеба с маслом или сметаной, посыпанный сахаром.

Настоящим событием стало возвращение отца с заработков из Москвы, когда девочке было пять лет: он привёз DVD-плеер с дисками, караоке и двумя микрофонами.

«До этого у нас был „видик“ и музыкальный центр. Первый мобильный телефон у меня появился лет в 7, я на него, как на диктофон, записывала песни из телевизора», — вспоминает Корбут. Тогда же отец самостоятельно собрал для неё велосипед: нашёл старую раму, покрасил её, купил два колеса и руль, а также научил дочь регулировать сиденье гаечным ключом.

Родители не скрывали от Кристины и суровую правду 90-х. Они рассказали, как однажды ехали на машине из Чехии и по пути их остановили вооружённые автоматами бандиты. «Забрали все, что было в машине: технику, чужие деньги. Вернулись в Беларусь ни с чем, а папе потом пришлось много работать, чтобы вернуть долги», — говорит актриса.

Несмотря на трудности, в деревне устраивали дискотеки. Мама Кристины шила наряды сама, а вместо лака для волос использовала воду с сахаром и накручивала локоны на тряпочки.

Актриса признаётся, что до сих пор ценит ту женственность и утончённость образов. В её гардеробе по сей день висит тренч деда цвета хаки с биркой «БССР», а в юности она донашивала мамины джинсы и джинсовку.

Ангелина Поплавская, родившаяся в 1997 году в Брянской области, воссоздавала эпоху через рассказы старших родственников. «Бабушка с мамой рассказывают, что тогда фильмов было мало по телевизору и всего 2 канала. Когда шёл новый зарубежный сериал „Санта Барбара“ и другие, все дружно прилипали к экранам телевизоров, а улицы пустели», — поделилась она.

В семьях верили в целительную силу телевизора и ставили перед экраном банки с водой для зарядки энергией. За товарами выстраивались огромные очереди, а на предприятиях разыгрывали талоны на обувь, которая часто не подходила по размеру — тогда женщины менялись друг с другом.

Дома пекли котлеты из овсянки и бульонных кубиков, варили варенье из кабачков, а одежду вязали и шили на всю семью.

Особым спросом пользовались комиссионные магазины. Для съёмок Поплавская взяла у мамы винтажные часы.

«Хоть это и совершенно маленькая деталь, почти незаметная, но я чувствовала тепло и трепет, надевая эти часы для кадра», — отметила актриса.

Кандидат культурологии и преподаватель СПбГИК Надежда Александрова пояснила, что советская женщина не переставала быть модницей из-за дефицита — напротив, ограниченность ассортимента превратила умение «достать» вещь в особую часть женской культуры. Журналы «Работница» и «Крестьянка» печатали выкройки, а появившаяся позже «Burda Moden» воспринималась как окно в мир парижской и миланской моды, которую можно было воспроизвести своими руками.

Перелом конца 1980-х и начала 1990-х кардинально изменил смысл вещей. После указа о свободе торговли 1992 года миллионы людей включились в челночный бизнес, отправляясь за одеждой, обувью и косметикой в Турцию, Польшу и Китай.

По словам Александровой, характерной фигурой эпохи стала женщина с огромным клетчатым баулом — бывшая учительница или инженер, чья прежняя профессия перестала гарантировать доход.

«Поэтому 1990-е нельзя описывать только как „время яркой одежды“. Для многих женщин это было время, когда мода впервые напрямую соединилась с предпринимательством, риском и личной экономической инициативой», — подчеркнула культуролог. Вопрос «Где это достать?» постепенно сменялся на «Что из этого выбрать?», однако свобода выбора появилась раньше финансовой возможности ею воспользоваться.

Лишь во второй половине десятилетия начала оформляться более самостоятельная российская стилистика, а пока женщины жадно примеряли на себя всё сразу: от лосин и кожаных курток до вещей с крупными логотипами с рынков.

Изображения предоставлены «КИОН» и из личных архивов Ангелины Поплавской и Кристины Корбут.